Ответ Константину Кинчеву В мире был шейк, и в мире был твист И множество вер, но я атеист. У вер всё нормально, и каждое лыко в строку. Никак не дойдет лишь такому, как мне, дураку. А Константин Панфилов твердит про три и шесть. Но мало ли чисел и цифр на земле нашей есть, И мало ли насколько звучит прекрасно свист! Ведь это свист лишь только, а я ведь атеист. Атеист… А у того, кто верит, прекрасный кроткий нрав, Особенно когда он, права твои поправ, Твердит, что истина доступна одному лишь ему, А все остальные подобны дерьму. Миролюбивые веры враждуют друг с другом, И каждая стремится завалить подругу, И каждая твердит, ее, мол, милосердней нет. Как это совмещается, большой-большой секрет! А мы, мы, атеисты, с лица воды не пьем, И лишь на доказательствах слова свои куём, И за легенды никого не станем убивать. Мы вовсе не любители запутывать и лгать. Прекрасная "Алиса" по юности прошла, Прошла и постарела, но снова "зажгла" И вспомнила о том, что есть шейк и есть твист. Я рад за неё, правда, но я же атеист. И каждое утро, глаза свои продрав, Я вспоминаю, как однажды кое-кто сказал: "Но всегда ли тот прав, у кого много прав?" Да, всегда ли он прав? И да, как ни странно, но этот вопрос Занимает меня всерьёз. Атеист стих И вновь прошу прощения. Текст песни есть, а её аудиозаписи - пока нет. Впрочем, кому это надо...
— Юрий Фисенко, 2025
Размещалось на: Стихи.Про